Архитектурный Петербург
электронный бюллетень

Информационно-аналитический бюллетень

Союза архитекторов Санкт-Петербурга,

Объединения архитектурных мастерских Санкт-Петербурга,

Ассоциация СРО «Гильдия архитекторов и инженеров Петербурга»

Главная / Статьи сайта / Строительство в историческом центре Санкт-Петербурга: Интервью с Михаилом Мамошиным

Строительство в историческом центре Санкт-Петербурга: Интервью с Михаилом Мамошиным

Об Архитектурной мастерской Михаила Мамошина

Архитектурная мастерская Михаила Мамошина – одна из ведущих в Санкт-Петербурге. За свою историю, мастерская добилась признания и заслужила высочайшую репутацию на городском и федеральном уровнях. Миссия мастерской – реализовывать творческую концепцию через призму диалога. 

Михаил Мамошин, заслуженный архитектор России. http://mamoshin.com/

Мастерская реализовала множество современных проектов в историческом центре северной столицы и в других городах, опираясь на традиции, стилистику и контекст построек. На вопросы о своей мастерской и о работе в среде Archicad ответил заслуженный архитектор России, академик архитектуры, Михаил Александрович Мамошин.

Расскажите о ваших текущих проектах: особенности, интересные моменты, нестандартные решения?

Сейчас мы работаем над несколькими важными для нас проектами. Во-первых, традиционная для Петербурга работа – строительство в историческом центре города, новый объект между 8-й и 9-й Советской (бывшей Рождественской) улицами. Проект обещает быть очень интересным, событийным. Мы готовимся согласовать первую стадию и далее планируем двигаться очень стремительно: к концу лета 2021-го уже хотим завершить проектную часть. Этот объект дополняет линейку наших нордических зданий, детерминированных северным модерном, как «Гараж» на Волынском проспекте, жилой дом «Таврический», «Фасад» на Фонтанке.

Второй интересный проект из текущих, – создание культурно-развлекательного интерактивного центра сказок Пушкина «Лукоморье». Объект находится в Царском Селе (в Пушкине). В городе возникла идея создать детский развлекательный центр не в глобальном формате, как «Диснейленд», а нечто идентичное, основанное на сказках Пушкина. Объем объекта 7 000 м3, мы приглашены делать наружную часть, а внутри работают голландские технологи и дизайнеры. Для нас это особый вызов, не всё сразу получалось, но сейчас процесс пошел. В проекте мы пытаемся сформировать стиль отечественной архитектуры, основанный на творчестве И.Я. Билибина, и на поздних работах А.Ф. Бубыря и Н.В. Васильева. Это нордическая ветка отечественной архитектуры и мы хотели бы реализовать её в центре «Лукоморье».

Завершаются работы в ЖК «Арт-Хаус», около Додинского театра, который тоже строился по нашему проекту. Мы осуществляем авторский надзор в «Арт-Хаусе», там уже идут фасадные работы и есть очень интересные решения. Кроме того, мы ведём реконструкцию гостиницы «Севастополь» в Крыму, текущая проектная работа.

Еще мы занимаемся проектом реконструкции здания Азово-Донского банка постройки Ф.И. Лидваля, позже там был устроен Центральный междугородный телефонный пункт, это одно из важнейших зданий в городе.

Есть у нас также проекты, которые мы берём для разрядки. Например, мы делаем гостиницу для кошек на одной из частных резиденций. И при этом пытаемся соблюсти все международные стандарты, ведь проект весьма специфического назначения. Для нас это своеобразная отдушина. То, что я перечислил, представляет основной интерес в потоке текущей работы.

У вас очень много совершенно различных проектов: это и частные дома, и жилые комплексы, и общественные здания разного функционала и назначения. Есть ли направление, с которым вы любите работать больше всего?

Лично я больше всего люблю работать с теми объектами и создавать ту архитектуру, которую заказчик строит для себя, а не на продажу. Я думаю, наиболее полноценные проекты получаются, когда и заказчик личностно обозначен, и архитектор личностно обозначен. Когда мы создаем объект для заказчика, который одновременно будущий пользователь – тогда достигаем наилучшего результата. Вот, наверное, мое любимое направление работы, независимо от функционала объекта. Это архитектура, которую приятно и интересно делать.

В чем вы видите основную миссию своей работы?

Миссия архитектора – преображать окружающий мир. Конечно, каждый преображает его по-своему. У нас есть традиции, которые я могу продолжать и поэтому я очень рад, что у меня три основных вектора: классицистическая архитектура, северный модерн и, как раз, преображение мира. Каждый день я стараюсь расставлять профессиональные приоритеты. Петербург — это вечный город, но при этом передовой. Новые вещи зарождаются именно у нас, например, супрематизм.

Вы сейчас во многом формируете облик Санкт-Петербурга, каким вы видите его в будущем?

Санкт-Петербург сейчас хорош и для будущего подходит в том виде, в каком есть сейчас. Как дополнение, мне кажется, необходимо вкрапление мейнстрима XXI века во все формы городской жизни. На протяжении своей истории город принимал все технологические вызовы, начиная с петровских времен, и при этом остался Санкт-Петербургом. Вот так я вижу город: принимая новое, принимая вызовы современности – он будет оставаться собой.

Расскажите, пожалуйста, о специфике северной городской архитектуры в целом?

Петербург детерминирован двумя вещами: первое, это итальянская классика, ей предшествовали попытки прививки голландских сюжетов, после был барочный период, но всё-таки Петербург детерминирован классикой. Но если говорить о классицистичности, а не только о классике в чистом виде, то туда можно включить и барокко, и нео-голландский стиль. 

Основа Петербурга – это то, что было возведено в классическую эпоху и позже, но с ориентиром на классику. Это первая основная тема Петербурга. А вторая тема, это региональная, северная. Она всегда была и всегда будет. Даже петропавловская крепость строилась итальянцами, но в северном формате. Северная ментальность, широтность города, всё это нам очень важно. Не случайно северная тема проходила через все исторические эпохи развития города. 

Самый большой всплеск — это ар-нуво, северный модерн, петербургские архитекторы А.Ф. Бубырь, Н.В. Васильев, целая плеяда архитекторов. Для нас это очень важная тема, особенно для меня. По происхождению я – человек с северной ментальностью, это одна из моих точек опор.

С какого момента вы начали использовать специализированное ПО в работе, в частности Archicad?

Archicad появился у нас в самом начале XXI века, это был 2001-2002 год. О программе мы узнали в Союзе архитекторов и приняли решение её использовать. С тех пор мы с Archicad, скоро пойдет третье десятилетие нашего совместного опыта, с аналогичным ПО мы не работаем.

Каким образом Archicad и другие программные решения способствовали упрощению и упорядочиванию рабочих процессов?

Для нас самое главное, что Archicad позволяет вести сквозное проектирование с первых мыслей о проекте, с первых эскизных задумок. Мы сразу всё закладываем в Archicad. Нашему поколению привита определенная культура модульности. Например, додинский театр весь построен на модуле 3х3, он исходит из портала 6х9, на котором Додин работает. И сразу с помощью Archicad была создана геометрическая структура, в рамках которой мы и размышляли. 

Что касается жилых зданий, там есть свои тонкости, свои модульные особенности, вызванные петербургскими реалиями, потому что в городе есть определенная гармония. Если на Петербург посмотреть сверху, то мы увидим красивый орнамент из полос шириной 15 метров. Это толщина петербургских зданий – два лестничных прогона, девятиметровый и шестиметровый. В центре города — это некий код, некие модули, которые мы можем использовать. 

При проектировании церквей мы тоже стали использовать модули, но саженные, эта система больше подходит для подобного типа строений. И модульность, и все инструменты Archicad нам помогают. На более поздних этапах удобно отделять железобетон, несущие конструкции от стеновых, облицовочных. Вот так, слой за слоем, мы «выращиваем» с помощью Archicad все наши здания.

Расскажите о цепочке рабочего процесса, как команда работает над проектом? Проекты передаются от одной группы к другой?

Нас не так много. Мы берем не числом, а умением. Для меня всё начинается с некого процесса затворничества. До нанесения первой линии есть время подумать, не сразу все рисуется. Мы делаем много аналоговых материалов, ассоциативных рядов, анализируем их. И есть общее направление, общая художественная, геометрическая идеология и когда всё совпадает, то получается единый импульс. Далее следуют эскизы, согласования, все стадии проекта. Ну и конечно, важная для нас вещь — это сотрудничество с партнерами-инженерами. У нас есть несколько компаний, с которыми мы плотно работаем. Сейчас инженерный раздел у нас на субгенподряде.

Раньше у нас было конструкторское бюро, но этот отдел мы в итоге убрали, но все равно мы работаем с выходцами из нашего бюро. Очень часто субподрядчики имеют свои конструкторские группы, и получается живой творческий процесс. Мы стараемся как можно раньше вступить в диалог с этими группами, чтобы максимально эффективно работать от первых этапов проекта до его реализации. Процессы всегда очень индивидуальны. Чем больше принимается конкретных решений и чем эффективнее процесс от начала и до конца, тем лучше.

Здание само является неким энергетическим субъектом и что-то принимает или не принимает, и что-то само подсказывает. И еще важный момент: культура двигается вперед, и я мечтаю, чтобы мы передавали самим пользователям BIM-модели. И с этой моделью пользователь мог более эффективно и рационально содержать, поддерживать и обслуживать помещения. Жизнь здания не должна быть отделена от его создания. Вот к этому мы должны стремиться. Тут речь идет уже об уровне заказа и уровне культуры заказчика. Процесс должен быть единым. 

Довольны ли функционалом Archicad? Что вы хотели бы видеть дополнительно в следующих версиях?

Функционалом доволен. В будущем хотелось бы развития библиотек классицистических орнаментов, ордеров. Сделать их более корректными и полными, выверенными по строению античных ордеров, наверное, это было бы плюсом. Этого нам не хватает и зачастую сами создаем архитектурный ордер и используем в проекте. Если бы такая библиотека была, то она была бы востребована и это бы положительно повлияло на архитектурные процессы в целом. Работа архитекторов на римских и греческих пропорциональных рядах украсила бы окружающий мир. Это вечные ценности.

Оцените эффективность Archicad по итогам выполнения проектов? Насколько работа с ним отвечает задачам проектов?

Мы работаем только в Archicad. Мне очень нравится, что мы можем постоянно вносить коррективы и совершенствовать проект, и изменения идут сквозными по всем разделам. Работа в Archicad предполагает порядок в проекте. Единственное, нам никак не удается вовлечь инженеров в работу с Archicad, у них другое ПО. Во всем мире инженерия — это отдельный мир, а мы как генпроектировщики должны совмещать и мир архитектуры, и мир инженерии. Такая проблема есть, но это скорее вопрос другой культуры проектирования. Мы именно генпроектировщики, чего нет во всём мире.

У вас большая команда, как вы её формируете?

Отношения складываются годами. Я вхожу в экзаменационные и аттестационные комиссии дипломных проектов многих ВУЗов и иногда вижу ребят, которым могу предложить определенный старт, пробоваться у нас. А дальше уже от человека зависит, останется он с нами или нет. Чаще остаются.

У вас и вашей мастерской очень богатая история, множество наград. Насколько важно для вас признание?

Лично для меня это уже не так важно, но я хочу, чтобы статус мастерской, статус нашей команды, статус молодых ребят рос. Чтобы они чувствовали, что они находятся в мейнстриме российского архитектурного процесса. В плане признания мы получили практически всё, что можно получить. Теперь речь идет о том, чтобы история имела продолжение. Могу сказать, что у нас нет работ, которые не были бы отмечены либо на городском, либо на федеральном уровне.

Источник: https://ardexpert.ru/article/20062

25.03.2021, 54 просмотра.

 

©  «Архитектурный Петербург», 2010 - 2020