Архитектурный Петербург
электронный бюллетень

Информационно-аналитический бюллетень

Союза архитекторов Санкт-Петербурга,

Объединения архитектурных мастерских Санкт-Петербурга,

Ассоциация СРО «Гильдия архитекторов и инженеров Петербурга»

Главная / Архив / 2013 / 05 / «Новое – это хорошо забытое старое?»

Архитектор об архитекторе

«Новое – это хорошо забытое старое?»

В.М. Ривлин,

архитектор

Иллюстрация_№1

Александр Гегелло, вспоминая своего обожаемого учителя и партнера академика Ивана Фомина, рассказывал о необычном методе его преподавания в Академии художеств. Обходя учеников, прославленный мастер включался в работу только с теми студентами, работа которых смогла его заинтересовать. Посредственности его внимания не удостаивались, и он молчаливо обходил их столы. Этот эпизод, рассказанный Александром Ивановичем, косвенно помогает мне находить некое обоснование в выборе тем предлагаемых читателю очерков. Мое внимание привлекают проекты или постройки тех мастеров, чей почерк или манера мне представляются удачными, поучительными или не всегда справедливо оцененными. Подмечать лучшее в практике современных мастеров – таков мой формат, если привлекать модный в последнее время оценочный критерий.

В настоящей статье хочу предложить свои наблюдения, выводы и оценки тому, что в настоящее время происходит с многочисленными и противоречивыми идеями  реконструкции Новой Голландии. Для этого я выбрал эволюцию этих идей в проектах заслуженного архитектора России Ю.К. Митюрева, поскольку именно его проект, победивший в откры-том конкурсе в 1993 году, оказался первым в длинном списке проектов вслед за инициативным проектом 1977 года архитектора В.Б. Фабрицкого.

Спустя уже почти десять лет эта история не стала прозрачнее. Более того, итоги конкурсов 2006 и 2011 годов настораживают всех и не только профессионалов. Глобализм Нормана Фостера, пытавшегося втиснуть гигантскую «птицу счастья» Дворца фестивалей в периметр Новой Голландии, сменился довольно неуклюжими и невнятными предложениями американской группы Workас. В виду очевидности неудач в реализации проекта второй сцены Мариинского театра вероятность провала проекта группы Workас, мне кажется, возрастает. В любом случае западные коллеги, несмотря на громкие публичные заявления, предложили все-таки концепцию «борьбы нового с устаревшим». Как известно, проект Н. Фостера, поддержанный обанкротившимся бизнесменом Ш. Чигиринским, не состоялся, в то время как американские коллеги по заказу российского предпринимателя Романа Абрамовича обещают завершить реконструкцию острова в 2018 году. Оставим на совести американских коллег и их инвестора честность таких заявлений и зададимся вопросом «исчерпан ли ресурс творческих идей в рамках предстоящей реконструкции?»  Работа Ю.К. Митюрева и его коллег убеждают в том, что далеко не исчерпан.

Вспоминая аналитический и художественный опыт Юрия Константиновича, представленный им в проекте 1993 года, понимаешь, что аспект ретроспекции оказывается важнейшим в такой теме, как реконструкция. Концепция «борьбы» сменяется концепцией «включенности», опыт контрастного противопоставления сменяется практикой слияния и совместимости. Конечно, Иван Коробов и в особенности Ж-Б Валлен Деламот проектировали, как известно, склад морской древесины, а не общественно-культурный центр, и поэтому механическое замещение функций вовсе не гарантирует и тем более не обещает безусловный эффект. Существует много примеров, когда в старые стены привносится современная функциональная структура и здание начинает новую жизнь. Такая «реплантация» в Новой Голландии будет очевидно недостаточной. Огромное пространство двора, да еще и с внутренним водоемом в великолепной оправе кирпичных аркад заманчиво сулят радикальные новации. Однако Ю.К. Митюрев в проекте 1993 года предложил решение, которое как бы исходит от самого Валлен Деламота. Изящная дуга, насыщенная ордером в духе Палладио, обрамляет контур внутреннего водоема, придавая всему сооружению еще более романтический и будто бы запущенный вид. Композиция вполне во вкусе романтики раннего классицизма Деламота или Чарльза Камерона. Да, конечно, прием явно не коммерческий, и он плохо вписывается в парадигму современной философии экономичности и самоокупаемости. Но всегда ли это необходимо? И разве создание гармоничной среды обитания не является конечной целью всякого строительства, тем более в таком уникальном месте?

Время несколько изменило взгляды Юрия Константиновича и его коллег. В последнем проекте романтику аркады сменила остроумно и красиво нарисованная система вантовых конструкций, поддерживающих по всему периметру двора открытые парусиновые тенты. Вполне понятная «корабельная» тема здесь тоже кажется уместной и, безусловно, более приемлемой, нежели идеи знаменитого Нормана Фостера или менее известной группы Workас. Ведь в этом проекте пространство внутреннего двора выглядит гораздо более целостным и не уничтоженным вовсе, как это произошло в решениях наших западных коллег. Что же касается насыщения общественной функцией существующих зданий ансамбля, то хочется видеть в них все-таки меньшую брутальность. Кажется, что в трактовке зрительского комплекса допущена определенная избыточность. Его объем, выходящий за периметр, вызывает опасения. И вообще, нужен ли в Новой Голландии еще один театральный комплекс? После открытия второй сцены Мариинского театра вопрос уже представляется риторическим.

Так что же лучше? Романтика девяностых или прагматика нулевых? А, может, оба этих начала совместимы? Не буду судить и тем более опровергать очевидно не бесспорную мысль о том, что все новое – это хорошо забытое старое. Однако дискуссию о судьбе Новой Голландии надо, как мне кажется, продолжить и поддержать проект Ю.К. Митюрева и его коллег. Пока еще время есть.

 

©  «Архитектурный Петербург», 2010 - 2018