Архитектурный Петербург
электронный бюллетень

Информационно-аналитический бюллетень

Союза архитекторов Санкт-Петербурга,

Объединения архитектурных мастерских Санкт-Петербурга,

СРО НП «Гильдия архитекторов и инженеров Петербурга»

Главная / Статьи сайта / Павел Алешин: архитектор «150 профессий»

Павел Алешин: архитектор «150 профессий»

В наше время, когда некоторые братские народы истерически пытаются найти в себе ультимативные отличия, в поисках самостийности и национальной идентичности – затоптать в грязь общую историю, биографии великих отечественных классиков архитектуры всё возвращают на свои места. Их жизнь приводит к общему знаменателю единство судьбы и таланта на просторах двух империй, последовательно сменивших друг друга, и заложивших крутые творческие виражи в судьбе многих зодчих.

Одним из них стал Павел Федотович Алешин – сын киевского плотника, великий русский и украинский архитектор, действительный член Академии архитектуры УССР, почетный член Академии строительства и архитектуры, доктор архитектуры, чье наследие сохранилось в Санкт-Петербурге, Киеве, Краснодаре, Вятке, Казани, Екатеринбурге, Мурманске, Ростове-на-Дону, Грозном, Геленджике, Запорожье, Горловке, Виннице, Харькове, Москве.

В этом году профессиональное сообщество отметило его 135-летие с года рождения. Кстати, его 100-летний юбилей отмечен в календаре ЮНЕСКО! Добавим из международного признания - конструктивисткое здание Дома врача, построенное по проекту Алешина попало в Британскую энциклопедию.

Теперь обо всем по порядку.

Родился будущий мэтр архитектуры 20 февраля (4 марта) 1881 года в Киеве, которому отдал большую часть своей творческой жизни. В 1904 году окончил в Петербурге Институт гражданских инженеров с медалью за лучший архитектурный проект, премией за лучший отчет и званием гражданского инженера. Для изучения архитектуры и дальнейшего совершенствования в 1900, 1902, 1908, 1911 и 1917 годах посещал Германию, Францию, Англию, Австрию, Швейцарию, Турцию, Грецию, Италию и Норвегию.

Вскоре после окончания Института гражданских инженеров в Санкт-Петербурге (1899-1904 гг.) Алешин получает заказ, позволяющий ему проявить себя в качестве профессионала – спроектировать здание Торгово-промышленного товарищества «Ф. Г. Бажанов и А. П. Чувалдина» в Санкт-Петербурге (ныне - по ул. Марата).

В конце 1906 года Алешин приступил к работе над проектом, а 12 февраля 1907 года проект был уже утвержден техническим отделом Петербургской городской управы.

По условиям заказчика в здании должны были разместиться апартаменты директора-распорядителя, служебные помещения правления с залом для заседаний, 30 квартир служащих товарищества, насчитывающих от 3 до 8 комнат, общежитие для молодых сотрудников и артельщиков с кухней и столовой, кладовые для хранения товаров, а также прачечные и прочие хозяйственные службы, вплоть до конюшни и коровника. Кроме того было поставлено требование «не иметь темных помещений и высоких корпусов».

От основного трехэтажного объема с обеих сторон длинными узкими полосами отходят разноэтажные дворовые корпуса, простирающиеся почти до Лиговского проспекта. Поперечные корпуса образуют три внутренних двора, соединенные между собой арочными проездами. Всего в здании насчитывается два трехэтажных, два четырехэтажных, два пятиэтажных боковых флигеля, один пятиэтажный и два четырехэтажных поперечных дворовых корпуса. Замыкает участок трехэтажный задний флигель.

В архитектуре был использован ведущий архитектурный стиль того времени - модерн. Как отмечают историки: «…Фасад, выходящий на улицу, имеет слабо зафиксированные и асимметричные ризалиты, которые возвышаются над карнизом дома. Первый цокольный этаж отделен от второго профилированный тягой. Однако, несмотря на внешнюю асимметрию, сооружение производит впечатление цельности. Этому способствуют и скульптурный орнаментальный фриз, и четкий ритм окон, и выразительное решение входа».

Значительное внимание было уделено художественному решению дворового фасада. Кованные ограждения балконов, применение майоликовой плитки и даже оконные стекла, повторяющие очертания полукруглого в плане ризалита - эти приемы совершенно не характерны для обычного двора-колодца.

Алешин был не только архитектором дома, но и руководителем его строительства. Получив от Правления товарищества широкие полномочия, он имел право на свое усмотрение заключать и расторгать договоры с подрядчиками и поставщиками, контролировать качество и сроки выполнения работ, а также сноситься по всем вопросам с Городской управой.

«Архитектор должен владеть 150-ю профессиями». Эта фраза, сказанная потом Алешиным одному из своих учеников, характеризует зодчего в весьма значительной степени. Зодчий досконально знал практически все строительные профессии, во всех своих сооружениях был т.н. «архитектором на лесах», т.е. выполнял авторский надзор. От внимания зодчего не ускользала ни одна деталь, касающаяся воплощения его замысла. Между прочим, он был ещё и прекрасным столяром-краснодеревщиком.

Торжественная закладка дома состоялась 29 июня 1907 года. Как только завершились основные строительные работы, начались отделочные.

В конструкции здания было использовано множество строительных новинок - от использования железобетона для фундаментов и междуэтажных перекрытий до водяного отопления с принудительной циркуляцией воды. В жилых помещениях применялись кондиционеры и горячее водоснабжение.

Кстати, Алешин всю жизнь внимательнейшим образом отслеживал все новейшие приемы в строительной технике, изучал и применял в практике свойства новых строительных материалов. Еще в самом начале своей деятельности, увидев воочию Эйфелеву башню, потрясенный красотой металлических мостов через Темзу, и почувствовав пластические и конструктивные свойства железобетона, он напишет в своей статье в журнале «Зодчий»: «Появление нового стиля следует ожидать в зависимости главным образом от конструкций". Впоследствии он разовьет свою мысль, утверждая, что «материалы и конструкции, из которых создаются архитектурные сооружения, определяют в своей основе его форму».

Однако вернемся к зданию, чьи интерьеры представляют особый интерес. Парадная лестница с фонарями обработана белым мрамором, каждое из помещений оформлено с учетом его функции - декорированы дубовыми резными панелями, майоликовыми изразцами, барельефными фризами на стенах, лепным орнаментом на потолках.

Украшением дома стал и майоликовый камин, располагавшийся в приемной Бажанова, выполненный по эскизу М.А. Врубеля на сюжет былины «Вольга и Микула» в знаменитых ваулинских мастерских в Абрамцево. Камин на былинную тематику, пожалуй, самая крупная работа художника в этой технике. Известно пять вариантов камина, отличающиеся друг от друга рисунком деталей и орнаментом - в Третьяковке, Русском музее, Музее декоративного искусства в Москве и музее в Коломенском. Пятый - бажановский.

Но если первые четыре - всего лишь майоликовые панно, то камин из дома Бажанова - единственный используемый по назначению. Все его чугунные элементы - таган, колосники, боковины - жестко связаны между собой. Стороны топки скреплены выполненными из латуни змеями. Все это гармонично увязано с майоликовыми элементами лицевой стороны камина.

На Всемирной выставке 1900 году в Париже за эту работу Врубель был удостоен Золотой медали. И вполне вероятно, что в именно в доме на улице Марата находится премированный камин. Окно приемной фланкируют еще два изделия Врубеля - изразцы «Павлин».

 Стены столовой были декорированы живописным фризом на сюжеты русских былин работы Н.К. Рериха (1909 г.) и известным под названием «Богатырский». Это единственная сохранившаяся роспись интерьера гражданского здания, выполненная Рерихом. Фриз состоит из 19 больших панно (темпера на холсте) высотой 205 сантиметров и длиной около 30 метров. По обе стороны от двери находились панно «Витязь» и «Боян», вдоль стен «Вольга и Микула», далее «Илья Муромец» и «Соловей-разбойник». Над окнами панно на тему Фрагмент панно"Город" возле окон панно с изображением растений и птиц. На торцевой стене напротив двери 7-метровое панно «Садко». В целом фриз выполнен в тонких сочетаниях золотистых, светло-лиловых, зеленых и розовых оттенков.

В годы блокады Ленинграда фриз был серьезно поврежден - покрылся толстым слоем копоти. В 1964 году фриз был передан в Русский музей, где усилиями художника-реставратора Берняковича был очищен от грязи, были заделаны многочисленные прорывы и проколы, укреплен и тонирован осыпающийся красочный слой.

В большинстве своих объектов Алешин стремился к решению всего комплекса вопросов - от решения глобальных градостроительных и объемно-пространственных до рассмотрения цвета обоев и рисунка паркета, проектирования мебели и формы флагштока. Узор кованой решетки, абрис двери, лепнина на потолке, решение камина - все несло на себе художественную нагрузку, работая на общий замысел.

Исследователи и поклонники творчества Алешина отмечают удивительную эргономичность решений архитектора. Эргономикой пропитано буквально все. Например, дверные ручки в 1-м Доме врача, который будет построен в 30-е годы, идеально вписываются в ладонь, выключатели расставлены таким образом, что можно было до них дотянуться, не вставая с кровати.

В 1913 году после поражения в конкурсе на здание Киевского губернского земства мастер решает продолжать свое образование. Алешин - гражданский инженер, автор прекрасных зданий в Петербурге, Киеве, Вятке и других городах вновь садится за парту. Он решил восполнить недостаток художественных знаний (а именно так трактовал он причины неудачи) обучением в Императорской Академии художеств в Санкт-Петербурге, у профессора Л. Н. Бенуа, таким образом прибавив к званию гражданского инженера звание архитектора-художника. В 1914 году он вновь становится студентом.

В 1917 году Алешин окончил Академию Художеств со званием художника-архитектора.

 Впоследствии, после революции, сам стал преподавать в Киевском Архитектурном институте (Киевском художественном институте).

Из дореволюционных построек, созданных архитектором для Киева, самая знаменитая - Дом народной аудитории (Педагогический музей), ныне - Дом учителя.

Согласно источникам, проектированию и строительству этого, пожалуй, самого известного сооружения Алешина предшествовали довольно трагические события. Зодчий получил заказ на проектирование дома народной аудитории на свободном от застройки участке земли между улицами Фундуклеевской (ныне ул. Б.Хмельницкого) и Николаевским бульваром (ныне бул. Шевченко).

Но в 1911 году в киевском Оперном театре был убит председатель Совета министров П.А. Столыпин. Строительство народной аудитории было запрещено. Благодаря поддержке С.С. Могилевцева, известного киевского мецената, выделившего 500 тысяч рублей, труды архитектора не пропали даром. Могилевцев решил вместо "опасной" народной аудитории построить заведение, благопристойно названное "Педагогический музей".

Идея удовлетворила власти, и работы продолжились. В связи с тем, что закладка музея состоялась 30 июня 1910 года, в день рождения престолонаследника Алексея, ему было дано имя Цесаревича Алексея". Открытие музея состоялось 28 сентября 1911 г.

Архитектурное окружение музея возникло в связи с генеральным планом города, разработанным В. И. Беретти в 1837 г. и направившим развитие Киева в направление так называемого "Нового строения", т.е. на юг. Реализуя положения генплана, Беретти спланировал и начал застройку возвышенного участка, расположенного недалеко от города Ярослава. Появляются здания Университета, 1-й гимназии, пансиона Левашовой. Эти постройки возводились в стиле классицизма, господствовавшем в те годы.

Естественно, Алешин не мог не учитывать этого при проектировании. Но он нестандартно применяет классицистические приемы. Зодчий вписывает в параллелограмм цилиндр, а завершает сооружение сегментом шара. При этом объем сдвигается несколько вглубь от красной линии, а вход оформляется криволинейными пандусами. Симметричность фасада, применение ордерных композиций, синтез искусств позволяет причислить здание к неоклассическим.

Однако классические принципы творчески обыгрываются Алешиным - например, вместо традиционного входного портика он применяет оригинальный элемент, скорее напоминающий "ганок" (крыльцо) в гражданской архитектуре Малороссии XVII-XVIII вв.

Вдоль всего главного фасада по аттику идет многофигурный (почти 200 фигур) скульптурный фриз (скульпторы Л. А. Дитрих и В.В.Козлов), посвященный многовековому пути человечества к просвещению и искусству.

Интересен дом и техническими решениями. Широко используется железобетон - в несущих конструкциях карниза, амфитеатра и балконов, в междуэтажных перекрытиях и даже в сферической стенке зала. Железобетонные сферические потолки придают галерее формы старинного помещения, как бы перекрытой каменным сводом. Все это избавило здание от лишних тяжелых конструкций и сделало помещения светлыми и просторными.

В бурном 1917 году в здании разместилась Центральная Рада. Именно здесь была провозглашена 7 (20) ноября 1917 г. Украинская Народная Республика, а в ночь с 24 на 25 января 1918 год принят IV Универсал о независимости.

Также во время Первой мировой и Гражданской войн архитектор спроектировал и реализовал проект Ольгинской гимназии, ныне Президиум Академии Наук Украины. Был сделан проект планировки города-сада «Зеленый Петроград» в районе Петрограда (3-я премия, 1917 год), проект планировки курорта-сада «Комперия-Сарыч» в районе Ласпи в Крыму (совместно с профессор Г. Д. Дубеллиром) и проект планировки города Мурманска (совместно с Г.Д. Дубеллиром, 1917-1918 годы).

В советское время зодчий резко меняет приоритеты, активно вливаясь в апологеты взрывающего мозг конструктивизма, тем самым доказывая широту своего таланта и способность не стоять на месте, чувствовать дух времени.

Самый яркий пример в творческой биографии Алешина-конструтивиста - Дом врачей в Киеве, в котором, между прочим, мастер прожил 30 лет. Отметим, в 1937 году (пике репрессий) на первом Всесоюзном съезде советских архитекторов, когда слово «конструктивист» могло стать приговором для архитектора, именно тогда этот дом упоминается в одном из докладов как превосходный образец жилищной архитектуры.

Как отмечают историки архитектуры - придерживаясь конструктивистских взглядов, зодчий решает объемно-пространственную композицию с помощью достаточно лаконичных средств, но артистично сыграл на нюансах - лапидарные формы лоджий, балконов и эркеров создают изысканный геометрический орнамент, подчеркнутый игрой света и тени. Этому же живописному эффекту призвано служить и применение кирпича двух цветов - красного и желтого.

Площадка для дома оказалась в неблагоприятной градостроительной ситуации - пересечении улиц под острым углом, зажатой существующими строениями. И снова, по выражению критиков - точное, ювелирное решение - угол оформляется озелененным курдонером. Он замыкается вогнутой циркульной кривой главного фасада и фланкируется по обеим сторонам полукруглыми ризалитами. Таким образом, живописно реализуется стремление разнообразить строчную застройку улиц Большой Житомирской и Стрелецкой.

Однако дело не только в запоминающемся внешнем облике дома. Функционально это настоящая  "машина для жизни", по меткому выражению Ле Корбюзье. В доме были предусмотрены такие помещения как клуб, библиотека, прачечная, крытая галерея для прогулок и даже солярий на плоской кровле (кстати, первой в городе).

Нельзя обойти вниманием удивительную и молниеносную (!) градостроительную работу Алешина и его коллег - проект советского социалистического города будущего – «Нового Харькова» на 113 тысяч жителей. Следим за датами!

27 декабря 1929 года проектно-конструкторское бюро при НКВД под руководством Алешина получает заказ на проектирование соцгорода.

17 января 1930 года закончена подробная программа проектирования, в которой излагалась основная концепция этого беспримерного по размерам градостроительного образования.

 28 марта 1930 года властям был представлен эскизный проект поселка.

 

В апреле того же года все работы по проектированию были переданы в организованный в это время Харьковский филиал Гипрограда (Государственного института проектирования городов) Украины.

 Таким образом, вся работа по окончательному проектированию соцгорода была завершена в сроки, достойные книги Гиннеса - за 40 дней.

Закладка поселка состоялась в мае 1930 года. Сжатые сроки не помешали градостроителям решить целый ряд сложных проблем. Одна из них состояла в выборе места для строительства и «взаимоотношениях» соцгорода с Харьковом. Выбор стоял между двумя территориями: на Салтовской площадке на востоке и в непосредственной близости от ХТЗ на Лосевской площадке, Во главу угла было поставлено решение транспортной проблемы, ведь при принятии второго варианта «связь между новым и старым Харьковом представит собой рядовую задачу, будет лишена пикового характера».

Авторы стремились не только найти место для нового строительства и разработать проект его планировки и определить возможные связи и степень воздействия поселка на градостроительную структуру Харькова, но и предложить некоторые идеи для решения более общей задачи - реконструкции старого города. Это был новый методологический прием, при котором взаимосвязь всех звеньев системы «город - район - квартал - жилая ячейка» ставилась во главу угла.

Другим вопросом, который заботил проектировщиков, был вопрос о сущности города новой эпохи. Это, по их мнению, должен быть «...законченный организм, продуманный и рассчитанный от начала до конца... социалистические города строятся с приближением к максимальному комфорту обслуживания населения при условии равенства этого обслуживания и исключения контраста роскоши и бедности».

Алешин с учениками отдавали себе отчет, что индустриальное строительство предполагает определенную монотонность в архитектурном решении соцгорода. Основной задачей они видели преодоление этого недостатка.

Взглянув на перспективу одного из жилых кварталов, можно увидеть, как с помощью ряда композиционных приемов архитекторы пытаются решить эту проблему. Использование сооружений различной этажности, игра на контрасте лапидарных объемов жилых домов и усложненных архитектурных форм культурно-торгового центра, а также решение жилого квартала в виде единого целого (все сооружения были объединены между собой крытыми переходами), позволило придать комплексу неповторимый облик.

Этому же способствовала умелая работа с существующим ландшафтом, органично включенным в архитектурную среду. В овражистой части соцгорода был запроектирован парк. В центральной части, где заметно понижение рельефа, градостроители предлагали создать административно-культурный центр поселка. Именно здесь намечалось разместить основные административные здания, а также театр, многофункциональный зал для собраний. Дворец культуры, Дом прессы, здание радиотеатра, дворец физкультуры и стадион.

Идущую параллельно Чугуевскому шоссе зеленую полосу предполагалось застроить зданиями гостиниц, музея и кинотеатра. На вторую очередь было запланировано построить театр, планетарий и пр.

Конечно, удалось реализовать лишь часть задуманного. Но внимательное изучение опыта проектирования соцгорода «Новый Харьков» позволяет увидеть новаторский подход архитекторов к решению этой беспрецедентной задачи, а именно: учет инфраструктуры исторического Харькова, создание полноценной системы культурно-бытового обслуживания населения, стремление создать художественный облик города, в котором речь идет не об «архитектуре фасада», а едином градостроительном целом.

Умер архитектор 7 октября 1961 года в Киеве после инсульта, похоронен на Лукьяновском кладбище.

Источник:  www.ardexpert.ru

26.12.2016, 130 просмотров.

 

©  «Архитектурный Петербург», 2010 - 2017